Парадоксы модернизации

Парадоксы модернизации

Парадоксы русской модернизации

Modernity – западно-европейское изобретение, а не китайское. Попытаемся разобраться в том, что такое modernity, выяснив попутно некоторые западные unspoken assumptions – «непроговариваемые предположения». Ведь именно они объясняют, почему все попытки учить Запад, не приносят результатов и лишь вызывают обратный эффект. Мы также определим внешние и внутренние компоненты плохого имиджа России, и попробуем разобраться, как с этим бороться. Начнем, однако, с западных ценностей.

Бытие определяет сознание

Вот анекдот из моей личной жизни. В 1988 году я женился на русской девушке, которая приехала ко мне во Франкфурт. В один прекрасный день Алла пришла домой с рынка с виноградом, на котором был наклеен ярлык «Производство Южной Африки».

– Ты что, спятила? Там черных угнетают! – сказал я.
–  А мне плевать на это! Тот виноград лучше и дешевле, чем все остальные.

В том десятилетии многие на Западе не покупали продукты из ЮАР в знак протеста против политики апартеида, а студенты в Великобритании последовательно бойкотировали известный банк Barclays из-за того, что он вел дела в Южной Африке и вкладывал туда большие деньги.

Вот первый парадокс: Россия и россияне всегда превозносят свою духовность и говорят о бездуховности Запада, но при этом на проблемы расизма в мире русским наплевать, а Западу – нет. И каждый в России знает, как обращаются с инвалидами, стариками, больными, сиротами у него на Родине, и как – на Западе.

Представление, доминирующее в России и некоторых других странах, что западным людям плевать на ценности, и что права человека – просто циничный политический инструмент в международных отношениях, глубоко ошибочно. Причина этого феномена очевидна: в России забыли формулу Маркса «бытие определяет сознание», имеющей, между прочим, сходство с «Пирамидой Маслоу», иерархически представляющей человеческие потребности.

Меж тем, данные о ВВП на душу населения в долларах США наглядно показывают разницу в образе жизни некоторых стран[1]:

Индия – 1.190
Китай – 3.600
Бразилия – 6.730
Россия – 11.880
Великобритания – 39.470
Италия – 40.150
Германия – 41.550
Япония – 42.310
Франция – 43.910
США – 48.400
Швейцария – 58.930
Норвегия – 97.730

Европейский проект Модерна, начавшийся еще в позднем Средневековье, со временем все больше становится ориентированным на человеческую личность и потребности ее развитие, на индивидуальные права и свободы. Благодаря своей многовековой истории и достигнутому высокому материальному уровню, Запад давным-давно развил менталитет «постмодерна». Контраст на этом фоне таких стран, как России и Китай, очевиден и общеизвестен, он проявляется не только во внутренней, но и внешней политике, например в отношении к проблеме суверенитета.

Итак, неудивительно, что подавляющее большинство людей на Западе и в Японии глубоко убеждены в том, что они в среднем живут намного лучше и свободнее, чем люди в других странах.  Они прекрасно знают  при этом, что Запад сам не всегда последователен в отношении соблюдения норм законности – европейский проект Модерна в Европе, Северной Америке, Австралии и Новой Зеландии еще далеко не совершенен. Но общий уровень и совокупность западных достижений, тем не менее, позволяет говорить об определенных достигнутых результатах.

Аргумент апологетов авторитаризма и «бедности, но духовности» в отношении Запада обычно звучит так: «Прежде чем критиковать нас посмотрите на себя». Дальше идут указания на отдельно взятые проблемы с правами человека на Западе, разговоры про двойные стандарты и т.п. Однако все это ведет лишь к тому, что критикующая Запад страна изначально подрывает свои имидж и авторитет в глазах Запада. Ведь такая страна по определению не может убедить Запад в том, что у нее самой есть, скажем, правовое государство, и что она соблюдает права человека. Скорее всего, в ответ такая страна будет подвергаться сокрушительной критике, пока эта ситуация не изменится.

Путаница между количеством и качеством

На фоне достигших высоких темпов экономического роста (7-8% и выше) в Китае, Индии и России и известного прогноза инвестиционного банка Goldman Sachs, что страны БРИК и их доля в мировой экономике будут неуклонно расти, опережая Запад, Россия все больше любит задавать вопрос: «Почему мы должны прислушиваться к Западу, ведь есть страны с культурой намного более древней, и они сегодня динамично развиваются?»

Вопрос этот демонстрирует непонимание разницы между количеством и качеством – высокими темпами роста с низкого уровня не козыряют перед давным-давно достигнутым уровнем жизни и богатства Запада и Японии. Данные  по ВВП на душу населения показывают, что развитые страны где-то в три-четыре раза богаче, чем Россия, а разрыв с такими обладающими древней культурой странами, как Китай и Индия, просто громаден.

С точки зрения Запада, организация его экономики и общества гораздо более эффективна, чем во всем остальном мире. Запад не понимает, почему другие страны все еще ищут «третий путь», которого нет. Воспринимать этот факт или нет – свободный выбор каждой страны. Но многие на Западе считают, что страны, не идущие по этому единственно возможному пути, просто вредят себе, теряя массу времени и возможностей для роста.

Кроме того, нынешний кризис не изменит того обстоятельства, что Запад был, есть и будет в обозримом будущем самой богатой частью мира. Слухи о его смерти явно преждевременны. «Списать» западную рыночную систему целиком было бы неправильно: рост долгов – одна из главных причин кризиса – начался только в 1980-годах. Но, как известно, западные страны и Япония, конечно, были самыми богатыми в мире задолго до этого времени.

Если же США действительно начнут вкладывать миллиарды долларов в свою инфраструктуру, может получиться такой сильный скачок производительности, который еще больше укрепит американскую мощь по всем параметрам. На этом фоне разрыв Америки с Россией, где инфраструктура и так плохо развита, станет только еще больше.

Подъем Китая и Индии опять-таки относится к вопросу количества, но не качества. Мало кто сегодня сомневается, что происходят большие изменения в геополитике и (будущей) глобальной финансовой архитектуре мира, в результате которого власть и деньги могут переместиться с Запада на Восток. Но опять-таки, что касается модернизации и уровня жизни, Запад еще долго будет оставаться эталоном. Эта ситуация изменится только тогда, когда другие страны опередят Запад не по общему ВВП, а по ВВП на душу населения. И у многих стран на это уйдут еще десятилетия, если не столетия. Так что, как видим, качество высокого роста в странах БРИК далеко не однозначно.

Проблемы с китайской моделью модернизации

Еще один русский парадокс: Россия занимает первое место по среднедушевому ВВП среди стран БРИК, разрыв по этому показателю с Китаем весьма существенен. Тогда к чему же стремится Россия? К обществу, как в Китае, с таким же ВВП на душу населения? Вряд ли. Россияне постоянно говорят про «европейские стандарты», а не про китайские, и когда речь идет про «цивилизацию», подразумевается главным образом Запад, а не Восток.

Может ли вообще стремление России к уровню западных стран осуществиться путем модернизации по-китайски? Давайте посмотрим: в Великобритании впервые было отмечено, что большинство населения этой страны живет в городах еще согласно переписи 1851 года. Советский Союз достиг такого показателя в 1950-е годы. А в 2007-м году ООН дала прогноз, согласно которому Китай достигнет равного баланса городского и сельского населения только в 2015 году! Да и сами китайцы признают, что по уровню развития их страна отстает от Запада примерно на 100 лет.

Рост Китая, конечно, далеко не так солиден, как кажется на первый взгляд. Ведь у этой страны такие колоссальные внутренние проблемы. «Китай: Хрупкая Сверхдержава»[2] – так называется книга одного американского синолога-дипломата, опубликованная еще до начала кризиса. Китайцы сами боятся, что растущие экологические проблемы задушат их развитие, не говоря уже про дисбаланс в половозрастном составе населения –  слишком велика вероятность, что страна сильно постареет до того, как станет действительно богатой.

Западное восприятие Китая и Индии

Да, Китай с 1978-го, Индия с 1991-го, а Россия с 2000-х годов достигли высоких темпов экономического роста. Общепризнано, что  это – очень положительное развитие, поскольку сотни миллионов людей выходят из бедности[3]. Крайне желательно, чтобы страны БРИК и другие продолжали устойчиво подниматься.

Однако внимание Запада уже много лет приковано к Китаю, который воспринимается со смешанными чувствами – и как возможность, и как угроза –  но в любом случае как страна, которая сверхдинамично развивается. Надо признать, что Запад значительно меньше озабочен Индией, потому что эта страна – демократическая.

… и России

Россия возглавляет список стран БРИК, и она намного богаче, чем Китай и Индия по ВВП на душу населения. Как известно, с 2000 по 2008 год Россия ежегодно достигала небывало высоких за десятилетия темпов экономического роста – и начала все больше заявлять о себе. Хотя на Западе и так мало кто отрицает, что Россия – великая страна и должна иметь свое место в международной политике.

Однако никто на Западе не пишет, что у России есть динамичная экономика. Наоборот, в западных преобладают плохие новости про Россию СМИ, которые подтолкнули россиян к ошибочному предубеждению, что Запад выступает против их страны.

При этом с 2006 года Россия периодически пользуется услугами ряда западных PR-агентств в Вашингтоне, Брюсселе, Берлине (Ketchum и Gavin Anderson и др.), открыла телевизионный канал Russia Today” и предпринимает другие информационные меры. Тем не менее, ее имидж все время ухудшается и сегодня остается самым плохим среди стран БРИК и одним из самых плохих в мире.

На самом деле ситуация гораздо хуже, чем кажется в Москве. В большинстве западных статьей про страны БРИК Россия упоминается только символически или не упоминается вовсе. Журнал The Economist недавно опубликовал специальный обзор про средний класс на emerging markets (новых или развивающих рынках), где в основном речь идет про БРИК и Восточную Европу. Россия в данном контексте упоминается еле-еле и только в отрицательном плане[4].

Недавно Джим О’Нилл (Jim O’Neill), глава экономических исследований из Goldman Sachs и изобретатель аббревиатуры БРИК сказал, что «из всех стран БРИК, России придется больше всего измениться и поработать, чтобы реализовать свой потенциал…»[5]. Почему? Ответ прост: подъем России с 2000 по 2008 годы в основном стал результатом продажи сырья, цены на которое почти неуклонно поднимались. Зависимость благосостояния России от экспорта сырья, в первую очередь от углеводородов, а также от металлов – ахиллесова пята ее экономики и главное отличие между ней и Китаем и Индией.

В своем обзоре The Economist паписал, что в средний класс Китая входят 800 миллионов человек, а в России только 20% населения (то есть всего 28 миллионов человек) – и эта цифра ниже, чем накануне Октябрьской революции! В большинстве стран, где доходы на душу населения примерно такие же, как в России, средний класс составляет 50% населения или больше, но там, где нефть играет значимую роль в экономике, средний класс меньше. При этом средний класс – это стержень развития в США, Западной Европе и Японии, способствующий укреплению и диверсификации их экономик.

Соотношение сил против России

Неслучайно The Economist сегодня задается вопросом: “How Fragile is Russia?” – «Насколько хрупкой является Россия?». Общеизвестно, что Россия страдает от массы глубочайших проблем. Число бюрократов сильно выросло за последние 10 лет, и президент Медведев жалуется на бешеный уровень коррупции и «правовой нигилизм». Население России ежегодно сокращается на город с населением в 700.000 человек, и согласно существующим прогнозам к 2050 года оно упадет до 100 млн. человек.[6]

Малый и средний бизнес в России задушен бюрократией. Количество времени, которое компания должна тратить на общение с инстанциями, здесь значительно выше, чем на Западе, т.е. Россия снова сама себе вредит. А когда власть все-таки производит какие-то улучшения, эта новость вряд ли пробивается на общем фоне.

Нельзя ожидать быстрого решения всех этих проблем, поскольку они имеют системный характер и уходят глубокими корнями в российскую историю. Но если Россия не сможет их решить, это серьезно подорвет развитие страны в ближайшем будущем.

Более того, с западной точки зрения, это серьезно подрывает влияние России на международной арене, также как тщетными остаются все попытки создания лучшего имиджа страны. Русская риторика последних лет только способна вызвать у западных коллег лишь уничтожительные комментарии. Поэтому для построения нормальных отношений с Западом России нужен не PR, а правильная дальновидная стратегия, которая сейчас позволила бы ей создать имидж надежного партнера.

Парадокс – все согласны, что реформы нужны

Русская политическая и экономическая элита, все серьезные русские и западные наблюдатели прекрасно знают про эти проблемы и риски, стоящие перед страной. Многие не раз указывали на хрупкое состояние экономического роста в России и предупреждали, что даже мелкие ошибки в экономической политике могут привести к большим проблемам.

Россия снова рискует повторить ошибки 1973-1986 годов, когда Советский Союз получал доходы от высоких цен на нефть, но не проводил нужных реформ, пока цены на энергоносители не рухнули. По крайней мере, нужно срочно уменьшать зависимость от углеводородов и диверсифицировать экономику.

Точно также задолго до кризиса звучали предупреждения о растущем объеме корпоративного долга российских компаний.[7] Если бы необходимые меры были приняты вовремя, то последствия кризиса оказались бы значительно мягче.

Однако самый большой парадокс: у российских властей были программы реформ, они прекрасно знали, что надо делать, но после с середины 2000-х годов реформы в стране практически встали. И это тормозит развитие по многим направлениям.

Как с точки зрения развитых стран можно представить участие России в создании  глобального финансового центра? Ведь на Западе нет чекой уверенности в том, что в России есть правовое государство.

Как быть?

Все перечисленные проблемы взаимосвязаны между собой, и только сама Россия может найти ответы на все эти вызовы. Но в стране, где нет гражданского общества, а реформы всегда идут сверху, власть должна способствовать модернизации страны как можно скорее, несмотря на нынешний кризис. Даже если кризис скоро закончится, и цены на нефть и газ снова пойдут вверх, Россия, если не проведет реформы, опять будет находиться в том же рискованном положении, как и раньше. А развитый мир предпримет се усилия, чтобы снизить зависимость свой экономики от углеводородов.

Вот примерный перечень мер, моментальное введение которых –  сейчас, залпом, а не потихоньку в течение пяти или десяти лет – позволит России начать успешно модернизировать и диверсифицировать свою экономику:

  1. Введение нового законодательства, поощряющего отечественный бизнес, особенно малые и средние предприятия – с уменьшением до минимума роли бюрократии.
  2. Введение нового визового режима, позволяющего привлекать бизнесменов, инвестиции и туристов – иностранцы, по крайней мере, из развитых стран Запада, Японии, а также Индии и Китая должны иметь возможность покупать визы на срок от трех месяцев до года сразу по прилете в российский аэропорт, как это, например, делается в Турции. Нужно также отменить обязанность вышеуказанных категорий иностранных граждан регистрироваться в ОВИРах. Плюс скорейшая модернизация всех московских и по возможности других крупных российских аэропортов.
  3. Введение нового законодательства, позволяющего активно привлекать иностранные инвестиции. Нужно объявить, что отныне в России приветствуются любые иностранные инвестиции и упрощаются все связанные с инвестированием процедуры.
  4. При этом окончательно определить и закрепить на длительный срок стратегических секторов российской экономики, в которые нельзя инвестировать иностранному капиталу.
  5. Разработать и реализовать госпрограмму по привлечению инвестиций и специалистов в сферу туризма и в развитие его инфраструктуры. В частности, для создания сети недорогих гостиниц (от двух до четырех звезд).
  6. Привлечь ведущих западных финансовых экспертов для разработки программы превращения Москвы в мировой финансовый центр с введением всех необходимых законов, надзорных функций и т.п.

Такую программу надо правильно и грамотно продвигать. Плохой имидж России и провал попыток пиарить страну в последние годы показывают, что и в этой области страна отброшена на десятилетия назад, что обходится ее экономике и компаниям в миллиарды евро и долларов. Но это уже отдельный разговор.

Автор – президент фирмы Eurasia Strategy & Communications в Москве

Originally written in Russian by Ian Pryde for the Centre of Political Philosophy in Moscow (8 April 2009) and republished on the site of the Marketing & Consulting Information & Analytical Agency at at https://iamik.ru/news/ekspertnyy-klub/67513/

Примечания:
[1] Все цифры, конечно, уже устарели из-за кризиса, но все же показательны. Источник: The World in 2009, ежегодный обзор журнала The Economist.
[2] Susan L. Shirk, China: Fragile Superpower, Oxford University Press, New York, USA, 2007.
[3] Россия, конечно, исключение поскольку она пережила катастрофический экономический кризис после распада Советского Союза, тем более в плане того, что СССР сам находился в глубоком системном кризисе. Klaus Segbers в книге Der sowjetische Systemwandel, 1989, дает блестящий анализ системного кризиса в Союзе из-за глубочайших проблем в сферах внешней, внутренней, экономической и военной политике.
[4] The Economist, 14 февраля, 2009. Обзор тоже обсуждает разные методологии определения и измерения среднего класса.
[5] Интервью на передаче Hardtalk по Всемирной Службы Би-Би-Си, 8 декабря 2008 года.
[6] The Economist, 29 Ноября, Специальный обзор про Россию.
[7] ‘The Russian Conundrum,’ Cambridge Review of International Affairs, Vol. 16, а также «Русский журнал», 14 июля 2006 года.

Leave a reply

Your email address will not be published.